ГлавнаяАналитика

Трагедия на Мандрыковской: продолжение следует

Адвокаты потерпевших уверены – несмотря на анмистию, судебный процесс будет продолжаться...

Ирина Орлова, для ИА «Новый мост»

Решение суда Жовтневого района Днепропетровска, согласно которому гендиректор ОАО «Днепрогаз» Игорь Иванков, его первый заместитель Максим Сорокин и главный инженер Сергей Бачурин признаны попадающими под действие Закона Украины «Об амнистии» и освобождены, вызвало немалый резонанс в Днепропетровске. По мнению пострадавших от взрыва дома по ул. Мандрыковская, если виновные не будут наказаны, подобные трагедии могут повторяться и в будущем. Между тем, адвокаты потерпевших уверены – судебный процесс еще не завершен.

Судебный процесс будет продолжен

По словам адвоката потерпевших Дмитрия Поповского, новая редакция Закона «Об амнистии» стала для всех неожиданностью. «Я специально изучил тексты подобных законов, принимаемых в Украине с 2000 года. Все эти годы амнистия не распространялась на лиц, совершивших преступления любой тяжести, вследствие которых погибло двое и более лиц. Однако Закон Украины «Об амнистии», принятый 26 декабря 2008 года, позволяет избежать наказания тем, кто совершил преступления нетяжкие и средней тяжести. Служебная халатность – это преступление средней тяжести. Каковы причины видоизменения нормы закона в 2008 году – можно только догадываться», - пояснил Дмитрий Поповский.

Между тем, амнистия не означает окончание неприятностей для подсудимых. Некоторые пострадавшие планируют обжаловать решение Жовтневого суда об амнистии в Апелляционном суде Днепропетровской

области. Кроме того, по словам адвоката потерпевших, уголовное дело, завершившееся постановлением Жовтневого районного суда об амнистии, не было единственным. Изначально было возбуждено уголовное дело по факту взрыва дома по ул. Мандрыковская, 127, из которого позже было выделено уголовное дело по обвинению Игоря Иванкова, Максима Сорокина и Сергея Бачурина в служебной халатности. При этом по первому делу продолжается расследование в органах досудебного следствия.

«В ходе судебного заседания были выявлены обстоятельства, которые не были вменены в качестве обвинения подсудимым в обвинительном заключении. Судебный процесс продолжался на протяжении целого года. Наружу выплыло огромное количество фактов, которые были зафиксированы в протоколе судебного заседания и на звукозаписи. На основании этих фактов будет подано заявление в органы досудебного следствия о том, чтобы была проведена проверка на предмет возбуждения уголовного дела по другой, более тяжкой статье», - сказал Дмитрий Поповский.

Жовтневый суд Днепропетровска, принявший решение об амнистии, оставил без рассмотрения гражданские иски к обвиняемым. Однако это не лишает потерпевших права заявить эти иски в рамках обычного гражданского процесса. «Перспектива выиграть эти дела достаточно высока, а вот получить реальные деньги – минимальна, - считает Дмитрий Поповский. - 21 января 2009 года Днепропетровский хозяйственный апелляционный суд отклонил апелляцию ОАО «Днепрогаз» на решение Хозяйственного суда Днепропетровской области о взыскании с «Днепрогаза» в пользу государства 96 млн. грн. Представители «Днепрогаза» заявляли, что эта сумма для них непосильна. Боюсь, что в этой связи исполнить судебные решения о взыскании морального ущерба будет чрезвычайно сложно. Однако, даже если эти решения не будут исполнены, они будут символизировать ответственность «Днепрогаза» за бездеятельность своих сотрудников», - пояснил Дмитрий Поповский.

Люди, потерявшие близких в результате взрыва, уверяют, что не пытаются за счет «Днепрогаза» решить свои материальные проблемы. «Мы не ставим перед собой цель добиться материальных выплат и обогатиться на этой трагедии. Мы хотим быть уверены, что подобные ситуации больше не повторятся», - сказала Дарина Костарева, потерявшая при взрыве дома родных. «Если нам удастся получить компенсацию

морального ущерба от ОАО «Днепрогаз», мы не возьмем эти деньги себе, а передадим детским домам», - сказала Татьяна Проценко, потерявшая сына.

По мнению Дмитрия Поповского, сам факт амнистии является по сути признанием обвиняемых своей вины. «На протяжении всего процесса защита обвиняемых говорила о том, что дело шито белыми нитками и процесс должен закончиться оправдательным приговором. Между тем, подсудимые могли отказаться от амнистии и добиться оправдательного приговора, если они уверены в своей правоте. Они почему-то этого не сделали. Это тем более удивительно, учитывая, что подсудимые находились не в СИЗО, испытывая колоссальные неудобства, а жили дома, в комфортных условиях и могли продолжать принимать участие в процессе, если считали себя невиновными», - отметил Дмитрий Поповский.

В случае, если в рамках украинского правосудия не удастся добиться справедливости, пострадавшие планируют обратиться в Европейский суд по правам человека. «На первый взгляд, перспектива добиться победы в этом суде совершенно невероятна. Но я проанализировал практику Европейского суда и, в частности, прецедент по делу «Гонгадзе против Украины». В этом деле мотивом для обращения в Европейский суд была невозможность сохранить жизнь человеку и недостаточно объективное расследование обстоятельств этого дела. Иск был удовлетворен и Украине был предъявлен беспрецедентный для Европейского суда размер компенсации – 100 тыс. евро. Подобная сумма символизирует то, насколько были нарушены права человека. В нашем случае, если будет решено обращаться в Европейский суд, ответчиком будет выступать государство Украина, которое не смогло сохранить жизни людей и провести эффективную уголовно-правовую политику с тем, чтобы это дело имело надлежащий завершающий результат. Однако обращение в Европейский суд по правам человека возможно только после исчерпания всех средств национальной судебной защиты. А они пока не исчерпаны», - сказал Дмитрий Поповский.

Потерпевшие не ограничиваются чисто юридическими действиями. Они обратились к Президенту Виктору Ющенко, Премьер-министру Юлии Тимошенко, Генеральному прокурору Александру Медведько, Уполномоченному по правам человека Нине Карпачевой и Главе Верховного суда Василию Онопенко с просьбой поспособствовать наказанию виновных во взрыве.

Это не должно повториться

«Я считаю, что ответственность за безопасность в стране несет государство. Ведь именно с его разрешения объекты повышенной опасности были переданы в частные руки.

Год назад, сразу после трагедии, представители различных государственных органов и политических партий уверяли нас, что виновные обязательно понесут наказание. Что мы на сегодняшний день видим? 417 народных депутаты проголосовали за новую редакцию Закона «Об амнистии», а Президент подписал его. Я, как мать, потерявшая ребенка, верила, что из-за того, что дело это достаточно громкое, его не удастся замять. Но последнюю надежду на справедливость у нас отобрали. Президент часто произносит фразу «маленькі українці». По-моему, в его глазах мы стали не просто маленькими людьми, а муравьями, на которых не стоит обращать внимание! Нам оказали материальную помощь – никто не остался без жилья. Семьям, потерявшим детей, выплатили по 500 тыс. грн. Неужели Президент или депутат смог бы своего ребенка поменять на эту сумму? Я понимаю, что все законы в Украине принимаются под коррупционную власть, но не могу с этим мириться. Я призываю всех матерей Украины, потерявших своих детей в результате преступлений, объединиться, чтобы вместе добиваться справедливости и отстаивать свои права», - сказала Татьяна Проценко.

В Украине довольно много объектов повышенной опасности. Хотелось бы, чтобы все эти предприятия возглавляли люди компетентные и ответственные, способные не допустить возникновения чрезвычайной ситуации. А еще хотелось бы, чтобы государственные органы всерьез контролировали уровень их компетентности и ответственности. Однако, как показала трагедия в Евпатории, связанная со взрывом жилого дома, эти пожелания остаются просто мечтами. «Возможно, я был наивен, но в начале процесса по поводу взрыва на ул. Мандрыковской в Днепропетровске, я искренне верил, что эта история кого-то чему-то научит. Однако события в Евпатории дали мне понять, насколько сильно я ошибался», - отметил Дмитрий Поповский.

«Сейчас я живу на ул. Фурманова, - рассказала Дарина Костарева. - После всего случившегося я стала очень осторожна. Услышав резкий запах газа в подъезде, я позвонила в «04». Когда машина приехала и неисправность была устранена, я попыталась узнать, в чем была проблема. Чтобы получить ответ на этот вопрос мне пришлось позвонить туда несколько раз. Наконец, устав от моей настойчивости, сотрудник «Днепроогаза» ответил: «А что же вы хотите – все ведь приходит в негодность!» Думаю, в такой ситуации никто не может себя чувствовать спокойно».

Читайте новости МОСТ-Днепр в социальной сети Facebook