ГлавнаяАналитика

Тарас Шевченко: от «русского» поэта до украинского национального героя

Тараса Григорьевича Шевченко в день его 194-летия чествовали в Днепропетровске скромно...

Тарас Шевченко: от «русского» поэта до украинского национального героя

Наталия Рекуненко, для ИА «Новый мост»

Тараса Григорьевича Шевченко в день его 194-летия чествовали в Днепропетровске скромно – не юбилей же всё-таки. Из местных теленовостей днепропетровцы узнали, что в музее «Литературное Приднепровье» открыли выставки редких изданий «Кобзаря», подаренных историческому музею коллекционером Анатолием Фоменко, посвящённых поэту вышивок Василия Канделы и экслибрисов Николая Неймеша; в историческом музее провели беседу со школьниками о христианских мотивах в творчестве Шевченко, в Горном университете прочитали «Заповіт» на разных языках. Наверняка в Днепропетровске были ещё какие-то шевченкианы, так, по мелочам – лекции в школах, песни в клубах, о чём телевидение не рассказало.

Не преминули отдать дань поэту и местные чиновники вкупе с представителями нескольких партий – возложили цветы к памятнику молодому поэту, произнесли заезженные фразы о неоценимом значении вечно живого Великого Кобзаря. Оказавшиеся по воле случая на этом официозе юные почитатели Шевченко были возмущены увиденным и услышанным: неискренними речами городских руководителей и стремлением различных партийных деятелей попиариться на имени бесспорно великого украинца.

Очевидно, история, действительно, движется по спирали – всё происходящее уже было когда-то или ещё будет. Возмущения в адрес власть предержащих, жаждущих прославиться за счёт Шевченко, уже звучали в нашем городе. 94 года тому назад. Почти на том же месте, где сегодня стоит памятник молодому поэту.

25 февраля 1914 года в Екатеринославском Английском клубе (ныне в его стенах – Дом офицеров и Украинский театр им. Шевченко) масштабно и бурно отмечали столетие со дня рождения Шевченко (по старому стилю). Билеты на этот вечер были раскуплены за несколько дней до события, но в клуб стали пускать и безбилетных крестьян со всех окрестных сёл, рабочих, мещан – сознательных украинцев, так что в зале негде было яблоку упасть. На сцене выступали с докладами о творчестве Тараса Григорьевича местные журналисты, профессора, в том числе, конечно, и Дмитрий Яворницкий, произносили речи представители различных обществ, комитетов, товариществ, кружков, учебных заведений. Зачитывали телеграммы от городского головы, земской управы, от Членов Государственной Думы, выходцев из Екатеринославщины: «К чествованию памяти великого народного малорусского поэта присоединяем свои голоса: Михаил Родзянко, Алексеенко, Папчинский, Бергман, Сергей Родзянко…» Кто-то в зале не выдержал и сказал: «Эти типы популярности ищут. Уверяю вас!»

К слову, наш город стал единственным в тогдашней Украине, где прошли массовые торжества по случаю юбилея поэта. Имперское правительство демонстрировало лояльное отношение к Шевченко - Обществу любителей русской словесности позволено было издать «Кобзарь», но в русском переводе; церквям не запрещали служить панихиду по «малороссийскому» поэту, членам научных кружков – выступать на своих заседаниях с докладами о творчестве Тараса Григорьевича; российским газетам разрешалось печатать статьи по случаю годовщины рождения или смерти поэта, но с непременным добавлением: «Любя Украйну как свою родину, как тот уголок земли, где он начал жить и научился понимать красоту, где он впервые почувствовал сладость вдохновения, Шевченко был чужд сепаратистских стремлений, пошлого «мазепинства»… И особенно в наше смутное время следует вспомнить великого выразителя народных идеалов Украйны, который, принадлежа к малороссам, не забывал, что он русский и славянин, не забывал великой славянской идеи единения…» (екатеринославская газета «Русская правда», 26 февраля 1911 года).

Демонстрируя посредством прессы свое уважение к «малорусскому», «русскому» поэту Шевченко, царское правительство при этом запрещало любые массовые проявления любви к Тарасу Григорьевичу со стороны украинского народа – очевидно, опасалось обострения его «сепаратистских стремлений». Поэтому в 1914 году в Киеве были отменены празднования Шевченковского юбилея и открытие памятника поэту. В Екатеринославе Шевченковский вечер тоже долго был под вопросом, но, в конце концов, благодаря авторитету директора областного музея Дмитрия Яворницкого, екатеринославцам позволили отметить сотый день рождения Великого Кобзаря.

В Советском Союзе регулярно вспоминать Шевченко стали после Великой Отечественной войны: в первый и четвёртый год каждого десятилетия (в годовщины смерти и рождения) в городах и сёлах устанавливали памятники и бюсты, возлагали к ним цветы, организовывали выставки и литературные вечера, публиковали обширные описания жизни-творчества поэта в прессе.

Примечательно и закономерно, что СССР подхватил традицию, начатую в Российской империи, - говорить о Тарасе Григорьевиче как о «великом певце дружбы народов». Один из профессоров Днепропетровского университета утверждал: «Большое значение Шевченко придавал дружбе славянских народов. Великий Кобзарь, призывая славянские народы к единению, верил, что: «Мир мирові подарують І славу вовіки!”. Поэт-революционер не мог мириться с раздуванием националистической вражды между славянским и другими народами… Но больше всего Шевченко как поэт-революционер дорожил дружбой великого русского и украинского народов…» («Днепровская правда», 10 марта 1951 года). 

Стремления правителей и Российской, и советской империй навязать украинцам мысль об их якобы кровном родстве с «великим русским» народом, приобщить их к «великой славянской идее единения» обоснованы нежеланием «отпустить» Украину на свободу, действительно предоставить украинцам право на самоопределение, право на независимость и самостоятельность. А в деле строительства империи все средства хороши - можно и украинского поэта назвать «русским», и творчество его трактовать как поэтическое «укрепление братских связей с другими народами России».

Ярлык «поэт-революционер», приклеенный к Шевченко советскими деятелями, отпугнул от него многих украинцев ещё в школьном возрасте. Учителя нам так «разъясняли» стихи Кобзаря, что особого желания вернуться к ним, прочесть ещё что-то самостоятельно уже не возникало. А прошлым летом жительница одного села в Донецкой области рассказала мне, что во времена её детства в каждой сельской хате «Кобзарь» лежал под иконой вместе с Библией – настолько народ чтил Шевченко! На прошлой неделе истории о том, что в былые времена «Кобзарь» хранили и читали в каждом доме, я услышала и от нескольких жителей Днепропетровской области – и поняла, что эти факты не единичные. Поняла, что заезженная фраза: «Шевченко – народный поэт» изначально, в момент её появления в обиходе являлась истинной: народ уважал Тараса Григорьевича как выразителя своих дум и надежд, его произведения читал и учил на память, пел песни, написанные на его стихи. И всё это искренне, от души, потому что, как прозвучало 25 февраля 1914 года со сцены Екатеринославского Английского клуба: «Шевченко – поет-геній українського народу, апостол вселюдської правди – знайшов чарівний діамант нашого відрождення – нашу мову, слово рідного люду…». 

Превратить чествования Шевченко из мероприятий для галочки в настоящие всенародные праздники, кажется, очень просто – нужно лишь возбудить в каждом украинце желание лично познакомиться с творчеством Тараса Григорьевича, где для каждого найдётся пронзительное слово, трогающий душу образ, цепляющий за живое стих. Но вот как это сделать? Очевидно, это задачка для всеобщего разгадывания. 

Читайте новости МОСТ-Днепр в социальной сети Facebook